03.12.2010

Танец (продолжение второй части)

Года Денапене

Jorge Manganelli: «В танце мужчине главное точность, женщине — восприимчивость»


Их музыкальность. Они не танцуют ПОД музыку, ОНИ ТАНЦУЮТ САМУ МУЗЫКУ, каждое ее колебание. Когда я с ними танцую, я чувствую, что они эту музыку исполняют мною, точно музыкальным инструментом с множеством струн.

Где начинается танго-движение. Как-то спросила учительницу аргентинку Алицию:«Но почему же, скажите мне, ведение аргентинцев такое особенное? Аргентинцы ведут так, что …ах…» И закрыв глаза я издала невольный, тихий вздох. Алиция улыбнулась и говорит: «Ты тут точно ахнула. И я после танцев с ними чувствую тот же ….ааааххх…. Может потому, что они понимают текст песен, может быть потому, что это - часть их культуры, их идентитет. Когда с ними танцую, чувствую, что ПЕРВОЕ ДВИЖЕНИЕ ИСХОДИТ ИЗНУТРИ, а все другие только за ним следуют.»

Энергия и внутреннее спокойствие. Одна, встреченная мной в БА женщина, такая же танго-туристка, как и я, с интересом заметила, что аргентинцы, танцуя не потеют. Хм, несколько удивилась, а ведь на самом деле! Этой мыслью, конечно же, поделилась с Рубеном. На что он ответил: «Это потому, что аргентинцы не тратят свою энергию понапрасну».
 Они танцуют с таким спокойствием, будто для каждого движения у них в запасе вечность... Мужчины не спешат с каждым ударом ритма выполнить движение. Ничего страшного, что один удар прошел, ничего, настанет другой. Они никуда не спешат. В ожидании следующего удара в паре словно накапливается энергия. Для скопления энергии нужно время. (Если спешить, эта энергия рассредоточивается, тогда ощущаешь внутреннюю суматоху и хаос). Накопив достаточно энергии, они ее словно превращают в новое движение... Даже при быстром танце они выдерживают внутреннее спокойствие и нисколько не напрягаются. Они генерируют энергию, не используя мышечной силы, наоборот – они расслабляются (но не размягчаются и не опадают). Они могут создать энергию, оставаясь абсолютно спокойными. Это женщин обезоруживает...

Движения гениально просты. Их движения очень просты и очень разнообразны. Просты, потому что не выполняют заранее заготовленных или выученных хореографических схем. В основном они просто ходят. Разнообразные, потому что длина шага, его динамика, характер зависит от музыкального звука и энергии, ощущаемой и передаваемой этим звуком.
На уроках они тоже учат определенные схемы шагов. Они учатся им, как, скажем, пианист тренирует свои руки, исполняя гаммы или этюды, понимая, что это — не конечное произведение, оно предназначено для практики, но не для концерта.
Пришлось танцевать с одним аргентинцем на уроке, а затем на милонге. Во время урока он был примерным учеником, терпеливо и механически оттачивающим показанную учителем комбинацию. Но на милонге всё изменилось. Это не была механически выполняемая комбинация. Он в нее «вдыхал» чувство, в зависимости от музыки каждый раз другое, так что та же комбинация каждый раз была совершенно другой. Она была не механическим движением, а жизнью.

Фигуры и украшения. Они никогда не загружают танца фигурами. Выполнят какую-то и идут дальше... стоят... идут.... стоят... Со стороны это может показаться несколько медленным и скучноватым. Побывав внутри того объятия, знаешь, что в это время на миллиметровом уровне происходит почти не видимая глазу создаваемая музыкой вибрация, которая волнами распространяется по телу партнеров. Удовольствие, получаемое во время танца, обратно пропорционально количеству фигур. С другой стороны, опытные танцоры за это новичков не корят, а снисходительно улыбаются: «Ни один из нас не вырос не наигравшись.» Украшения используются очень умеренно: столько, сколько того требует музыка. Если приходилось увидеть стандартно красиво вытянутые ножки, выполняющие вереницу выученных украшений, скорее всего, это не аргентинка, а участница групповых занятий по «женской технике» из Европы или Америки. Аргентинки, как и их мужчины, движениями, энергией и украшениями никогда не идут разлад с музыкой. Это не предвидено заранее, это происходит спонтанно, индивидуально и с чувством меры.

«Заземление». Им свойственна особо крепкая связь с землей (grounding). На основании этого редко ошибалась, устанавливая аргентинец это или приезжий, хотя и очень хорошо танцующий. Когда они танцуют, их ноги и весь их вес к земле притягивается словно магнитом. Взмахи ногами, различные «кики» — признак дурного тона. Ноги рисуют различные круги, параболы и другие фантастические фигуры, но на земле. Они иногда отрывают ноги от земли, но только «намагниченные», так что, по идее, не теряя с ней контакта. Когда наблюдала за их ступнями, опускающимися на землю, казалось, что ими была исполняема слышавшаяся музыка. Казалось, что услышанный звук проходил через их тело и посредством ступней плыл по земле...

Возвышенность души. Моя учительница Yuyu сказала :«Во время танца верхняя часть тела приподнята, потому что возвышена душа». Знаю определенные технические моменты, как занять позицию тела для танго. С местными мужчинами редко когда приходилось об этом вспоминать. От одного их взгляда, подхода, объятия, мое тело без усилий было готово к полету.

Только столько, сколько надо. Иногда в стороне сидевший Рубен, своим выражением лица показывал, что направляющий ко мне является классный милонгеро. После первого танца ничего особенного. Танцевать было просто, удобно, хорошо и только. Затем второй танец, третий... В каждый последующий танец милонгеро добавлял всё новые краски. Во время последнего танца в танде, всё тело вибрировало с оркестром, исполняющим танго, почувствовала, что возможности музыкальной интерпретации этого «обыкновенного» — неисчерпаемы.
В этом отличие милонгеро от обыкновенного хорошего танцора. Обычно хорошие танцоры склонны демонстрировать свои танцевальные способности, милонгеро — никогда! Они из своего арсенала возьмут только столько, сколько потребует музыкальная фраза, и только столько, чтобы было комфортно его партнерше. И не капли больше.

Комфорт и опека над женщиной. Поверьте, хороший партнер сначала не выделывает никаких «выкрутасов» и не создает стресса женщине. Он идет спокойно и проводит «исследование». Он никогда не даст почувствовать женщине, что ей что-то не удаётся. Он всегда будет на один шаг «за ней». Перед вводом в какое-то новое движение он обязательно ее подготовит, и только тогда… Это только кажется, что мужчина всё время ведет, на самом деле он предлагает женщине идти вместе и ожидает ее прихода. Только затем он ей предложит еще... Очень чувствуется, когда тебя торопят, подгоняют или приглашают... Если женщина из-за нежелания, непонимания или неспособности чего-то не выполняет, они, ни в коем случае, не пробуют упрямо повторять ту же комбинацию вновь и вновь. Мужчины ведут очень уверенно и точно. Это позволяет женщине почувствовать себя в безопасности и расслабиться. Они очень хорошо чувствуют партнера. Кажется, что им известна не только архитектура тела, но его внутренне состояние. Когда я была усталой, обьятие было словно более осторожным, хотя я никогда об этом им даже не намекала. Когда была более энергично настроена, они отвечали мне тем же. Если во время танца я незаметно напрягала какую либо часть спины или руки, они медленно к тому месту прикасались ладонью, словно согревая или «лаская» (никакой вульгарности, как маленькому ребенку — где «попа»). Если им было удобнее, чтобы моя ладонь или спина находилась в другой позиции, тоже без всяких слов или упреков, очень нежно, чуть ощутимым движением они ее корректировали или подстраивались сами. Они скорее откусят себе язык, нежели во время милонги скажут: «Встань на правую ногу.» Или: «Делай очо.» Здесь мужчины знают, что если женщина не идет, как этого от нее ожидает партнер, это значит одно — несовершенное ведение. Для каждой женщины может понадобиться другое ведение, чтобы ей было ясно. Секрет хорошего партнера в том, что танцуя с ним каждой всегда всё ясно. Кажется, что другой шаг даже невозможен.

Техника танго и качество танго. Эти слова и их содержание было постоянной темой для разговоров и даже споров с Рубеном. Он всё повторял, что техники в этом танце нет. Есть чувство и качество танца. Я ему вечно перечила, что составным элементом качества танца является техника. Эти споры позже мне послужили пищей для размышлений и более глубокого восприятия танго. Со временем и получив танцевальный опыт в Аргентине, я стала понимать, почему Рубен избегает в танго термина «техника». Иногда приходилось танцевать, например, в «Canning», с пульсирующим энергией, в совершенстве владеющим техникой танго партнером. Мое тело чувствовало себя комфортно, танцевать было очень приятно, с ветерком, из-за чувственного наслаждения моей душе становилось хорошо. ОНА СЧАСТЛИВАЯ ПОРХАЛА ЗА ТЕЛОМ. Потом приглашал какой-нибудь старый милонгеро: весь в морщинах, сгорбленный, иногда даже хромой… Прислушался к музыке, заключил в объятия, немного постоял, потом не торопясь — шлеп, шлеп... Таким было начало танца. Танцуя чувствовала, что он не спешит и не гонится за чувством или опытом. Он, обняв меня, просто вместе со мной слушает музыку. Та музыка ведет его душу, а душа — тело. Он двигается в чувстве (как сказал бы Рубен:«Нe is in feeling.»). Во время танды со старыми милонгеро возникало ощущение, что возвышенная музыкой ДУША ДВИГАЛАСЬ ПЕРВОЙ, А ТЕЛО ДВИГАЛОСЬ ЗА НИМ КАК ПОКОРНЫЙ СЛУГА. При звуках первых аккордов новой танды, длиннейшие очереди женских взглядов тянулись к старым танцорам... Правду говоря, несколько раз и молодые мужчины меня вели как настоящие милонгеро.

Секрет их обаяния. Думаю, что аргентинцы танцуют живо, чувственно по многим причинам. Одна из них — они на самом деле меньше чем мы думают, насколько правильно и эстетично выполняют то или иное движение. Они ТАНЦУЮТ ДЛЯ СЕБЯ и только. Они танцуют так, какими являются на самом деле, поэтому каждый танцующий выглядит восхитительно и неповторимо. Однажды в «El Beso» во время одной танды обратила внимание на танцующих женщин не аргентинок. Они отличаются не только более светлым цветом кожи, но и стандартным стилем танца. Они танцуют очень точно, очень эстетично, но и очень трафаретно. Казалось, что всех их сняли с того же конвейера. На мое замечание Рубен ответил: «На самом деле. Это последствия групповых уроков у коммерческих учителей. В этом отношении ваше сообщество менее испорчено».

Треугольник аргентинского танго. Мы знаем, что в танце существует треугольник: мужчина, женщина и музыка. До Аргентины мне казалось, что во время танца, все три партнера равны. В Аргентине я постоянно чувствовала, что один из этих трех главнее и — это женщина. Мужчина танцует для нее и из-за нее, а музыка ему помогает. Однажды у Грациелы Гонсалес кто-то спросил: «Во время танца мужчина имеет столько «обязанностей», а какая же обязанность у женщины?» Грасиела ответила: «Просто наслаждаться».

Танго — чувство любви вызывающий наркотик. Пребывая в БА, одержимая какими-то мыслями или чувствами, помечала их в своей записной книжке, чтобы те воспоминания «не испарились». Вернувшись в Литву и листая эту книжку обнаружила где-то на милонге между тандами второпях оставленную запись: «Раскрылись все чакры!». Здесь мужчины не боятся прикоснуться к женщине. Они любят женское начало каждой женщины, как и их женщины любят мужское начало каждого мужчины. Однажды пришлось танцевать с некрасивым мужчиной преклонного возраста. Его лицо было изуродовано какой-то болезнью, губа занимала половину его лица. Танцуя с ним, все физические недостатки понемногу стали исчезать, пока в моих объятиях осталась лишь сущность без имени, возраста, внешности. Это нечто, в себе и в других иногда люди открывают через религию, медитацию… а иногда, оказывается, через танго.
До визита в Аргентину, думала, что высказывание: «Танго — это трехминутный роман» — красивая метафора. Танцуя в Аргентине, поняла, что это чистая правда. После танца это чувство словно отделялось от конкретного мужчины. Партнер оставался сам по себе, а то чувство — само по себе. После милонги находилась в состоянии влюбленности и физически, и эмоционально, но без конкретного адресата. То чувство было само по себе, гармонизирующее меня саму и меня с окружающей атмосферой.

Будет еще...

Комментариев нет:

Отправить комментарий

LinkWithin

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...